ОБЩЕСТВО, ПОЛИТИКА, ВЛАСТЬ
Уровень жизни и демографические дыры
Андрей ОКУЛОВ
В начале девяностых годов смертность в России превысила рождаемость. Тут же понеслись обвинения в адрес реформаторов и “антинародного режима Ельцина”, из-за которых россиянки отказываются рожать и растить детей. Действительно – неуверенность в будущем, отсутствие стабильного дохода у главы семьи… Да стоит ли перечислять все беды посткоммунистической России, каждая из которых может стать вполне объективной причиной, препятствующей желанию продолжения рода?
“Зачем мне дети? Я лучше еще один мотоцикл куплю!” – ответил мне один знакомый в Германии на вопрос о его нежелании заводить детей. В Германии смертность превысила рождаемость еще в начале семидесятых, но никакие “антинародные режимы” никто в этом не обвинял. Просто в странах с высоким уровнем жизни люди женятся и выходят замуж позже, чем в странах третьего мира, а желание заводить детей напрямую связывают с финансовым благополучием семьи. Другой знакомый, из Англии, сообщил мне, что женится только тогда, когда скопит достаточную сумму для того, чтобы дать будущим детям приличное образование.
Казалось бы, итальянцы всегда считались приверженцами семьи и брака, а, судя по фильмам, итальянские семьи – самые многочисленные и патриархальные. Но в последнем номере журнала “Экономист” (“The Economist, may 9-th-15-th 1998, “Why Italians don’t make babies”) появилась заметка, начисто опровергающая эти представления.
Итальянцы перестали делать детей; нация очень быстро стареет; и, согласно главному статистическому агентству страны, в Италии - самый низкий уровень рождаемости. Женщины сегодня рожают (статистически) по 1,2 младенца на каждую. В Западной Европе только испанцы столь же непродуктивны. По последним подсчетам в 1996 году, смертность превышает рождаемость уже четвертый год. И если население Италии чуть-чуть выросло, то это - благодаря 178 тысячам иммигрантов, что получили вид на жительство два года назад.
Почему? Точного объяснения нет. Все больше итальянок работает, а значит - у них меньше времени для “бамбини”. Женщины Северной Европы работают не меньше, но матери получают больше помощи: государственные родильные дома, материальная помощь, оплачиваемый отпуск, мужья, которые (в отличие от Италии) чаще помогают по дому. В регионе Эмилия Романья - одни из лучших родильных домов в мире, но там - самый низкий уровень рождаемости. Может быть, из-за слишком запоздавшего феминизма: кстати, этот регион - наиболее левоориентирован.
Ида Мальи, антрополог, пришла к выводу: бездетность ныне не воспринимается как порок, и социальное давление - выйти замуж и иметь детей - гораздо слабее. Это касается даже “Мессоджиорно” (традиционно бедный и ультра-традиционалистский юг Италии), где женщины предпочитают теперь иметь небольшое число детей.
В любом случае, представление о том, что страстные итальянцы занимаются сексом без предосторожностей - неверно. Прошло немало времени с тех пор, когда итальянцы, даже ревностные католики, избегали контрацепции.
Другое возможное объяснение? Молодые итальянцы открыли для себя стиль жизни “молодых профессионалов” позже, чем их американские или французские “коллеги”. Но многие из них предпочитают сегодня танцевать, путешествовать и наслаждаться жизнью гораздо дольше, чем в более ранние года. Но кое-что отличает их от прочих европейских стран: только 6% итальянских младенцев рождаются вне брака. Но менее чем треть женщин становятся матерями до 28-летнего возраста.
Одна из итальянских традиций все еще остается и все еще может включить в себя деторождение: феномен “маммони”. Бульшая часть молодых чаще, чем раньше, живет вместе с родителями, отчасти из-за того, что не способны обеспечить себе комфортную жизнь. Однако жить с родителями, как бы современно настроены они ни были, заставляет тебя более осторожно обращаться с друзьями противоположного пола. И даже в Италии существует определенная связь между сексом и младенцами.
Итак, если экономическое положение страны и связано с уровнем рождаемости, то как раз не с той стороны - выше всего уровень рождаемости в странах третьего мира, где и уровень жизни ниже, и младенческая смертность выше, чем в посткоммунистических странах. Характерно также, что всплеск рождаемости обычно сопровождает неблагополучные периоды в истории страны, а окончание войн и серьезных стихийных бедствий.
Так есть ли в России “демографическая дыра” и как ее можно заткнуть? Заставить женщин рожать сегодня невозможно, в большинстве же развитых стран восстановление и прирост населения происходит в основном за счет иммиграции. Более двадцати миллионов русскоязычных в Ближнем зарубежье сегодня - достаточный резерв для улучшения демографической ситуации в стране. Их абсорбция - серьезный резерв на будущее.
Государственная же политика поддержки молодой семьи зависит не только от бюджетных средств, рынка труда, но и от Земельного кодекса - поскольку молодые семьи, как правило, сначала обзаводятся жильем, а потом уже - детьми.
Но даже при наличии всех этих факторов, бум рождаемости в России не гарантирован - материальные условия автоматического успеха не гарантируют.
"ПОСЕВ" 7-8-98
posev@glasnet.ru
ссылка на "ПОСЕВ" обязательна